7547 10/04/2014
Школьный ген (педагогическая династия Пшеничных г. Камышлов)
Если сердцу – хоть одному –
Я не позволю разбиться,
Я не напрасно жила!
Боль – хоть одну – уйму,
Ношу на плечи приму,
Чтобы кто-нибудь мог распрямиться,
Одной обмирающей птице
Верну частичку тепла,
Я не напрасно жила.

Строки американской «затворницы» Э. Дикинсон стали моим жизненным кредо, потому что я – учитель с шестнадцатилетним стажем. И пусть жизнь странным образом «катится» сейчас в другую сторону, но общечеловеческие ценности пока еще никто не отменял.
Я никогда не мечтала быть учительницей, никогда не играла в школу, но все мои родные так или иначе были причастны к ней, я и выросла непосредственно в школе, где всю жизнь проработала моя мама. Думаю, что сидит во мне этакий «школьный ген», который накрепко привязал меня к педагогике.

А началось все так. Маленький провинциальный городок. Июль. 1941 год. Ночь. Пустой вокзал. По перрону прогуливается странная пара: она – в свободной белой кофточке, большеглазая, очень беременная; он – в военной форме, бережно поддерживает ее одной рукой, другой гладит по голове. Косы растрепались, упали ниже пояса, тяжелые русые косы.

Это мои бабушка Анна и дед Евгений. Она провожает его на фронт и видит в последний раз…

Он еще успеет получить от нее письмо с известием о рождении дочери, моей мамы, и даже назовет ее Алиной. Дед погибнет в конце сентября в Карелии под селом Красная Пряжа. Мы с мамой не видели его никогда. Говорят, они красивой были парой. Она статная, сероглазая, белокожая. Он смуглый, черноглазый, горячий – настоящий «степняк». Он много успел за свои неполные 30 лет: повоевал на финской войне, был арестован по ложному доносу по 58-й статье, реабилитирован, а работал он инструктором по производственному обучению в железнодорожных мастерских, которые сейчас называются профессиональным лицеем №16, и где сейчас работаю я, откуда дед и ушел на фронт, ушел, что бы уже не вернуться.

Если правда, что все добрые человеческие качества формируются у человека в раннем детстве, то всему, что есть во мне хорошего, я обязана своей милой бабушке – Анне Ивановне Пшеничной. Она рано научила меня читать – в доме ее усилиями была собрана большая библиотека. Бабушка заплетала мне косы, шила чудесные белые кружевные фартучки, учила меня петь «Взвейтесь кострами, синие ночи…» и «Ах, картошка, объеденье, пионеров идеал…», рассказывала о своей комсомольской юности, о том, как создавались пионерские отряды, про ликбез, про то, как учила деревенских ребятишек в начальной школе. Да и не только мне, помню с детства, к нам приходили пионеры целыми отрядами, сидели на стульях, на кроватях, на полу, смотрели альбомы с фотографиями, слушали бабушку.

А потом ее направили «укреплять» культуру: 20 лет она проработала заведующей городской библиотекой, которую сама и создавала. Она до смерти оставалась красивым, интеллигентным, образованным человеком. Ее знали и уважали в нашем небольшом городке, у нее много наград.

Но особенно запомнился мне ее рассказ о поездке в 1936 году в составе делегации камышловцев – победителей в конкурсе на лучшую постановку библиотечного дела в деревне – на слет в Москву. Они беседовали с Н.К. Крупской, нарком просвещения товарищ Бубнов вручил всем камышловцам именные подарки и грамоты, подписанные Н.К. Крупской. Эта грамота бережно хранится в нашей семье.

Старшая дочь бабушки Ирма пошла «по ее стопам» – всю жизнь проработала в технической библиотеке. Сын Иван, любимец бабушки, мой дядя Ваня, посвятил себя одной школе. Он был учителем рисования и физкультуры. Имел художественное образование и был очень неплохим живописцем, а еще отличным спортсменом-горнолыжником. Умер весной этого года на бегу, как и жил, в 60 лет, удивительно, что не на горе, не на лыжне.

Я испытала глубокое потрясение на похоронах – никогда не видела, чтобы так хоронили. Поселок Исеть небольшой, и школа, где работал дядя Ваня, единственная. Школа его и хоронила, взяла на себя все расходы и хлопоты. Пришла вся Исеть: съехались его ученики, родители, родители родителей – всех переучил дядя Ваня, приехали спортсмены, пришли учителя, друзья…

Поставили микрофон в спортивном зале, кто-то говорил об учителе, кто-то пел под гитару его любимые песни, кто-то читал стихи… Я и не знала, что простого учителя могут так любить и так скорбеть о нем! У дяди Вани большая семья, его старшая дочь Евгения тоже учитель начальных классов, а сейчас педагог дополнительного образования в детском клубе поселка Исеть.

Еще один учитель и главный человек в моей жизни – это моя мама. Как я росла в школе, так и мама моя выросла в городской библиотеке среди книжных полок. Закончила филфак УрГУ и практически всю жизнь проработала в школе № 58, сначала учителем, а затем 20 лет – директором.

Весь текст - в файле

Юлия Сидорова

(Камышловские известия. – 2011. – 26 апреля. – с. 4)
 

Алина Евгеньевна Семенова (справа) с дочерью Юлией. Фото с сайта: http://kam-news.ru/
 
Файлы по теме
 
    Школьный ген (педагогическая династия Пшеничных)(docx)
 
Веб-ресурсы:

    Педагогическая династия Пшеничных. Камышловские известия. Электронное издание
 
 
Объекты - Связано с: Пшеничная Анна ИвановнаСеменова Алина Евгеньевна

  Полевской   Первоуральск   Кушва   Березовский   Камышлов   Верхняя Пышма   Асбест   Нижняя Салда   Верхняя Салда   Краснотурьинск   Красноуфимск   Талица   Сысерть   Реж   Новоуральск   Свердловская область

Copyright © 2007-2016 группа разработчиков
Яндекс.Метрика